• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Стихи (список заголовков)
16:27 

(с) Саша Кладбище

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Муттер и Фатер гордятся Отто. Рост за два метра,
глаза как сталь, тело, осанка, манеры — что ты,
впору сниматься у Риффеншталь.
Он побеждает на скачках конских, Вагнера темы поет на бис,
Даже стреляет по-македонски. Белая бестия, as it is.

Но каждую ночь
из тумана глядя
черными дырами мертвых глаз
Отто является фройлян Надя в платье сатиновом.

Был приказ –
Каждый изловленный партизайне должен висеть на суку.
И вот, Отто с улыбкой "йедем дас зайне"
пойманных русских к допросу ждет.

В двери Надежду впихнули грубо. Отто глядит на нее свысока.
Наде семнадцать, разбиты губы, кровь на сатине,
в глазах тоска.
Делу, увы, не помочь слезами.
Слышно – солдаты копают рвы.
Отто вздыхает "Jedem das seine".
Милая фройлян, мне жаль, увы.

Вдруг исчезает тоска во взгляде,
зал погрузился на миг во тьму.
Прыгнув, на Отто повисла Надя,
в ухо гадюкой шипит ему:
"Что, офицер, не боишься мести?
Нынче я стану твоей судьбой.
Мы теперь будем цузаммен, вместе.
Слышишь? Отныне навек с тобой."

Надю за волосы тащат к вязу,
в бабушкин, с детства знакомый, двор,
Где ожидает, к суку привязан,
быстрый веревочный приговор.

"Шнапсу бы... Водки бы... Не иначе –
рюмку с товарищем вечерком".
Отто стирает рукой дрожащей
Надину кровь со щеки платком.

Водка ли, шнапс ли, исповедальня – все бесполезно.
Опять в ночи
Надя из курской деревни дальней смотрит на Отто,
а он молчит.
Наденька шепчет "Jedem das seine!".
Отто хрипит, воздух ловит ртом.
Дойче овчарка глядит на хозяина,
длинным виляет, скуля, хвостом.

Был же приказ и была задача... Йедем дас зайне.
В окне рассвет
Надя уходит. А Отто плачет
Семьдесят долгих кошмарных лет.

@темы: Стихи

03:19 

Вот и написалась третья часть, а, значит, это уже цикл.

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Эдгару сорок. Он славный малый, только порой слишком много пьёт.
Судьба наставляет свои фингалы. Тянется жизни круговорот.
Дом и работа. Кабак под вечер. Клетка обыденной маяты.
Он каждый день зажигает свечи. Гладит ладонью Её цветы -
Всё, что осталось живым и хрупким, помнящим нежность любимых рук.
Виски со льдом, матершина, юбки... Так начинается новый круг.
Эдгару сорок. Совсем не мало. К чёрту обманчивую мораль!
Лишившись короны и пьедестала, каждый четвёртый - уже бунтарь.
Борется яростно с внешним миром, терпит крушенье, идёт на дно.
Он же, всего-лишь, создал кумира... Эдгару, в общем-то, всё равно,
Что говорят про него соседи. Залпом бутылку - и нет проблем!
Если пить дни, месяца, недели - мир так блаженно размыт и нем...
Эдгар давно стал плешив и жалок от безнадежной своей любви.
Он прогоняет с могилы шавок, прячет в кармане комок земли,
Верит, что так не увидит ночью то, что терзает семнадцать лет.
Тонкое тело в предсмертной корче, трубки, врачи и потухший свет
Бледной надежды на жизнь и чудо, теплый очаг и уютный дом.
Эда совсем извела простуда. Кашель заснуть-то дает с трудом.

Эдгару сорок. Он очень болен. Тратит на выпивку каждый грош
И ненавидит сына, который
так на неё похож.

@темы: Стихи

19:08 

Прекрасное...

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Child of the pure unclouded brow
And dreaming eyes of wonder!
Though time be fleet, and I and thou
Are half a life asunder,

Thy loving smile will surely hail
The love-gift of a fairy-tale.

I have not seen thy sunny face,
Nor heard thy silver laughter:
No thought of me shall find a place
In thy young life's hereafter

Enough that now thou wilt not fail
To listen to my fairy-tale.

A tale begun in other days,
When summer suns were glowing -
A simple chime, that served to time
The rhythm of our rowing -

Whose echoes live in memory yet,
Though envious years would say 'forget.'

Come, hearken then, ere voice of dread,
With bitter tidings laden,
Shall summon to unwelcome bed
A melancholy maiden!

We are but order children, dear,
Who fret to find our bedtime near.

Without, the frost, the blinding snow,
The storm-wind's moody madness
Within, the firelight's ruddy glow,
And childhood's nest of gladness.

The magic words shall hold thee fast:
Thou shalt not heed the raving blast.

And, though the shadow of a sigh
May tremble through the story,
For 'happy summer days' gone by,
And vanish'd summer glory-

It shall not touch, with breath of bale,
The pleasance, of our fairy-tale.

Though time be fleet, and I and thou
Are half a life asunder,
Thy loving smile will surely hail
The love-gift of a fairy-tale.

Poetry by Lewis Carroll


@темы: Стихи, Колыбельная для...

19:53 

Кажется, дописала. Но местами очень криво. Даже не знаю, что делать. Т_Т

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Январь. За окнами ночь и стужа.
Поить какао и гнать в постель.
И сказку читать непременно нужно!
Ты входишь, слегка прикрываешь дверь.

Садишься устало на край кровати,
В руках сжимая огромный том.
- Ну, слушайте дети, запоминайте:
В одной деревне есть древний холм...

Деревня та за дремучим лесом,
Где знать не знают про города.
Там ночью слышатся звуки песен
И люди прячутся до утра,

Закрыв ворота, захлопнув двери,
Над окнами вывев защитный знак.
Есть в той деревне одно поверье,
Его вам расскажет любой дурак:

Коль полночь застала тебя в дороге -
Беги, спасайся, ищи ночлег!
Под древним курганом спят злые боги.
Им нужен единственный человек,

Способный услышать их тихий голос,
Разрушить магический древний сон.
С его головы - ни единый волос,
Но горе тебе, если ты - не он

И вдруг оказался средь их владений
Под неба бессмысленной чернотой.
От Спящих ещё остаются тени:
Поймают, убьют, заберут с собой,

Высокий курган обагрится алым,
И ночь содрогнётся под хруст костей.
Они ненасытны. Им вечно мало.
Спасайте возлюбленных и детей!

Но мало, кто помнит, что злые боги -
Потомки, когда-то прекрасных, фей.
Жестоких людей привели дороги.
И холм оставили, как трофей,

Напоминанье о грубой силе,
Способной справиться с волшебством,
Изгнать чудеса из привычной были.
А зло? Оно родилось потом.

...С тяжелой душой закрываешь книгу,
Целуешь детей и ложишься спать.
Тебе снится сон: ты паришь над миром
И тысячи рук не дают упасть...

Ты просыпаешься. Жгучий холод.
Чувствуешь сердцем: пора идти.
Ночи бездонный чернильный полог
Точно подсказывает пути.

Вокруг снега и метель-завеса,
Твой дом остался за сотни лиг.
И ты, прорвавшись сквозь сумрак леса,
Выходишь к месту из детских книг.

Вот ты стоишь там в одной ночнушке,
С ресниц стирая застывший лёд.
Злой страх оковами обнял душу.
Ты слышишь -
голос
тебя
зовёт.

запись создана: 21.01.2014 в 03:49

Вопрос: Убирать то, что в стадии написания, в закрытые записи, или публично позориться? :)
1. Убирать  0  (0%)
2. Оставить  4  (80%)
3. А я - анчоус %)  1  (20%)
Всего: 5

@темы: Стихи

00:16 

(c) Кот Басе

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Расскажи мне сказку о том, что я все смогу, что однажды ночью, стоя на берегу, руку твою сжимая в своей ладони, я увижу,
что мир не рушится и не тонет,
что не рвутся цепи, не падают якоря… расскажи мне сказку, правды не говоря, расскажи мне сказку сильнее того, что есть…
не бывает чудес иных, кроме тех чудес, что мы сами себе напишем и создадим.

Расскажи мне, что я остался здесь не один.

@темы: Стихи

21:39 

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Скажи, синеокая, что мне ещё хотеть?
Тонкие пальцы на шерсти и хлеба кусок.
Я был в этой жизни пронзительно одинок...
Я вою на звезды, в твой дом не пуская смерть.


@темы: Стихи, Наброски, Колыбельная для...

18:43 

Попросили...

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Сделать читку гениального Джека-с-Фонарём.
В момент записи обнаружилась проблема: собаку уж очень интересует процесс, он подходит и пытается что-то вякать в микрофон. :D



UPD:
Ещё одна:



UPD2:


@темы: Стихи

21:49 

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
А я сошла с ума и записала читку лучшего, на мой взгляд, из моих стихотворений.

Да, я не умею читать свои стихи. Зато у меня микрофон профессиональный. ))




@темы: Стихи

18:16 

lock Доступ к записи ограничен

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Набросок

URL
20:59 

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Мальчик играет, конечно, в мячик, мальчик от девочек мячик прячет, если найдут эти дуры мячик, бросят в соседский терновый куст. Мальчик ушёл далеко от дома, местность не очень-то и знакома, но по неписанному закону думает мальчик: “Сейчас вернусь”. Мячик цветной и живой почти что, праздник для радостного мальчишки, в первом составе у “Боавишты” или, на крайность, у “Спартака”. Гол – аплодируют все трибуны, гол – и ревёт стадион безумно, уно моменто, всего лишь уно, слава настолько уже близка. Воображенье ему рисует: все вратари перед ним пасуют, он переигрывает вчистую всех Канисаресов на земле. Он – нападающий от рожденья, через защиту промчавшись тенью, сеет в соперниках он смятенье, кубки красуются на столе. Мяч улетает куда-то дальше, через дорогу, пожалуй, даже. В следующий раз-то он не промажет, хитрый кручёный – его секрет. Мальчик бежит за мячом вприпрыжку, не замечая машину, слишком быстро летящую на мальчишку. В этот момент замирает вре...

Мама готовит обед на кухне, рыбе два дня: не сварить – протухнет, после, закончив, устало рухнет, будет смотреть по ТВ кино. Пахнет едой и чуть-чуть духами, пульт управления под руками, что по другой, например, программе, тоже какое-то “Мимино”. Рыба всё варится, время длится, ночью без мужа давно не спится, хочется днём на часок забыться, чтобы ни звука и темнота, только никак, ни секунды больше, нужно успеть на работу, боже, строже к себе – да куда уж строже, слышите, это я вам, куда? Ночью – сиделкой, а днём – на баре, маму любая работа старит, тут о каком уж мечтать загаре, губы накрасить – минута есть. В маму внезапно стреляет током, что-то сынишка гуляет долго, в ней просыпается чувство долга, тяжек, поди, материнский крест. Мама выходит, подъезд свободен, улица тоже пустует вроде, мама кричит, мол, ты где, Володя, быстро темнеет в пустом дворе. Мамы ведь чувствуют, где их дети: что-то не так, это чует сердце, что-то не то, ощущенье смерти. В этот момент застывает вре...

Виктор сегодня почти доволен, утром пришло sms от Оли, Оля свободна: в бистро, в кино ли, это неважно, но мы пойдём. Виктор влюблён, как мальчишка глупый, зеркалу поутру скалит зубы, носит букеты размером с клумбу, ждёт у окна её под дождём. Виктор на съёмной живёт квартире, классно стреляет в соседнем тире, Виктору двадцать, кажись, четыре, молод, подтянут, вполне умён. Вот, на неделе купил машину, планы на отпуск теперь большие, ехать с друзьями в Париж решили, Олю, возможно, с собой возьмём. Радио бьёт танцевальный ритм, Виктор пьёт пиво с довольным видом, надо себя ограничить литром: всё-таки ехать потом домой. Друг говорит: погоди, останься, скоро начнутся такие танцы, Оля заждётся, поеду, братцы. “Оля, - смеются, - о боже мой!” Виктор садится за руль нетрезвым, скорость он любит, признаться честно, медленно ехать – неинтересно, если ты быстр – то ты в игре. Виктор себя ощущает мачо, красный мустанг по дороге скачет, тут выбегает на трассу мальчик. В этот момент замирает вре...

Время застыло и стало магмой, патокой, мёдом и кашей манной, чем-то таким безусловно странным, вязко-текучим, пустым на вкус. Время расселось в удобном кресле, время не знает “когда” и “если”, так как все эти “когда” и “если” пахнут не лучше, чем старый скунс. Если мальчишка не бросит мячик, мячик, естественно, не ускачет, мама, естественно, не заплачет, так, отругает, и это всё. Если водитель не выпьет пива, Оля не будет слегка игрива, сложится паззл вполне красиво: жулик наказан, Малыш спасён. Время не знает, на что решиться, вроде не хочется быть убийцей, только надолго остановиться – это неправильно, сто пудов. Там ведь немного, не больше метра, хуже для паузы нет момента, тут уж какие эксперименты, чуть с поводка – и уже готов.

Здравствуйте, дети. Себя устроив в шкуре любого из трёх героев, пишем об этом красивым строем, на сочинение – полчаса. Пишем, пожалуйста, аккуратно, буквы желательно, чтобы рядно, почерк красиво, легко, нарядно, так, чтобы радовались глаза. Мальчик застыл в двух шагах от смерти, Виктор не видит его – поверьте, маме – бумажка в простом конверте, пишем об этом сквозь “не могу”. Пишем о том, что ни дня покоя, пишем о том, что мы все – изгои.

Если рискнёшь написать другое – я у тебя в долгу.

© Тим Скоренко

@темы: Стихи, Помню

15:54 

Дописала. Открываю запись.

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Элли учится в старшем классе и немного играет в бридж.
В этом тусклом немом Канзасе слишком скучная псевдо-жизнь.
В этом грубом сухом Канзасе что ни день - то опять жара.
Элли смотрит за горизонтом. Ждет, когда же придут ветра.

Дядя Чарли ложится рано и приходится не шуметь.
Элли шепчет: "Приди, торнадо!". Умоляет: "ответь, ответь!"
"Забери меня, забери же!" - Элли волю даёт слезам.
С фотографий глядят родные, но неузнанные глаза.


Элли очень мила, но всё же, пёс - единственный верный друг.
Элли скоро поступит в колледж, бесполезный, как всё вокруг.
Элли носит огромный свитер и глядит, непременно, вниз.
Про неё говорят: " дорога к психиатру и на карниз".

(Она смотрит фотоальбомы, повторяя: "вернись, вернись".)

А ночами ей снится голос, что манит и ведет ко дну:
" - Ты должна отыскать дорогу в Фиолетовую страну,
Ты должна победить колдунью." - с губ срывается тихий стон.
" - Если справишься - ты получишь и родных, и сестру, и дом".

Элли держится еле-еле. Утро-школа-пешком домой.
Залезая в гнездо постели, Элли колет себя иглой
И кружатся в знакомой пляске изумрудные небеса:
"- Я должна победить колдунью. Мне нельзя открывать глаза".

Элли бьет каблуком три раза и решительно входит в дверь,
За которой найдет победу, возвращение всех потерь.
Но чужие глаза колдуньи полыхают родным огнем,
(Элли помнит его по снимкам, что сама собрала в альбом.)

Так смотрела малютка Энни, так смотрел её папа - Джон.

Сказка рушится, злая правда прожигает дыру в груди.
Мир расколот. Над ним - торнадо. Элли слышит: "- Беги, беги!"
На пути у несчастья - домик. Слишком хрупкий, чтоб устоять.
Элли помнит, конечно, помнит, как осмелилась убежать!

Ей шесть лет. Во дворе качели. Папа в кресле - финальный матч.
Мама тихо поет для Энни и воркует: "- ну-ну, не плачь."
Элли смотрит на куст клубники и качается всё сильней.
Дальше - пусто. Затем - их крики. Голос Чарли: "- быстрей, быстрей!"

И рука, держащая крепко, не дающая повернуть.
Хрупкий домик взлетел, как щепка, оставляя её тонуть
В бесконечности дней и судеб, в горькой памяти прежних лиц.
Элли знает - её осудят, но не может сдержать границ.

(Ей нет места, не любят люди... ей уже не выиграть блиц.)

Утро-школа-домой и в ванну, слыша сдавленный скрип петель.
Дядя Чарли ложится рано. и не станет ломиться в дверь.
Шум воды заглушает слёзы. Губы сжаты, глаза горят.
Сердце дрогнуло оленёнком , что почуял смертельный яд.

Пульс за сто и рука трясется, но привычно наложен жгут.
Сердце стонет: "- Очнись, дуреха! Не успеют же, не спасут!"
Только больше не слышать крики и не вдеть знакомых лиц.
Элли вводит в тугую вену непростительно полный шприц.

Тело корчится пленной птицей. Кровь немыслимо горяча!
Пламя сходится вереницей ярко-желтого кирпича.
Обрываются эхом фразы: "Ей недолго еще гореть."
Элли бьет каблуком три раза и готовится встретить смерть.

@темы: Наброски, Стихи

06:03 

Продолжение.

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Том просыпается среди ночи, шарит рукой и включает свет.
Мир одинок, сиротлив, непрочен. Тому семнадцать долбанных лет.
Комната куца, глаза слезятся. В комнате зябко с дурного сна.
Может, когда ему стукнет двадцать и для него зацветёт весна?
Ну а пока - листопад конспектов, голос, охрипший от сигарет.
Тому хотелось бы вспомнить детство, выйти из комы, увидеть свет,
С неба сорвать ярких звёзд крупицы, взвыть на луну беспородным псом...
Том бы хотел обернуться птицей. Он представляет себя дроздом.
Серым, невзрачным, но песни-трели шлющим в далёкие небеса...
Пьяный отец захрапел в постели. Том поднимается, трёт глаза.
Тому семнадцать, порез над бровью. И оплеуха ещё саднит.
Томас своё выгрызает с кровью. Томас об этом не говорит.
Только твердит, крепко стиснув зубы, что поскользнулся (шаги легки).
Когда у папаши пылают трубы - не самое страшное кулаки.
Город застыл в предрассветной неге, улицы-крючья сплелись узлом.
Том вспоминает о первом снеге и девочке, жившей от них за углом.
Тонкой и легкой, глаза-сапфиры. Нежные губы и сердце - свет.
Он бы отдал все богатства мира, чтобы её оградить от бед.
Он бы смотрел, как она смеётся. Слушал дыхание, шел след в след.
Ночь истекает. Восходит солнце. Том вспоминает: Погибла. Нет.
Мысли запутаны. Правда горька.

... маленький дрозд клювом бьёт в стекло.
Том улыбается и впервые чувствует, как тепло.

@темы: Стихи

14:57 

new

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Анни идет по пустым проспектам, жмурится, думает о своём.
Анни пятнадцать и мир - прекрасен. Завтра поедет на водоём
С мамой и братом под запах пряный летних кувшинок пить горький чай.
Анни пятнадцать. Она любит маму, брата и вид перелётных стай.
Город застыл в предвечерней стуже, улиц пустынных сжимает крюк.
Анни спешит приготовить ужин. Вечером нужно позвать подруг,
Чтобы смеяться, держать за руки, быть легче маленького пера*...
Город теряет последние звуки. С голоду кружится голова.
Анни шагает упругим шагом. Смотрит на искры рождённых звёзд.
Мама, наверно, играет с братом. В клетке поёт прирученный дрозд
О чём-то далеком, волшебно-птичьем. Сказочных странах, больной тоске.
Анни узнала сегодня обычай писать желания на песке
И завтра у берега водоёма найдется чаячьее перо.
Анни мечтает увидеть Тома и загадает, конечно, его.
Смуглого, сильного. Взгляды-льдинки. Летом ему поступать в институт.
Анни считает: они - половинки. Он помнит едва, как её зовут,
Но это не важно! Алеют щеки и мысли зажались тугим клубком.
Она представляет свои дороги, думает стать городским врачом,
Чтоб непременно спасала жизни смерти и подлости супротив.
Будущее завлекает призмой ярких свершений и перспектив.

Анни идёт по пустым проспектам. Слышит движение за спиной.
Анни пятнадцать. Но мир - опасен.
... она никогда не придёт домой.

@темы: Стихи

20:32 

Море-Внутри

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Эмми живет в небольшом домике на окраине города без названия,
рядом есть озеро, книжная лавка и старый парк.
она часто ходит к озеру, садится на берег, бросает монетки, загадывает желания
(они даже иногда сбываются), читает Паланика и Ремарк.

Эмми любит море, песни Reamonn'a, потертые кеды и кофеин,
часто говорит о невесомости (чаще - сама с собой), люди считают ее чудачкой,
она считает звезды на небе и засыпает под ритмы Cardigans или Queen,
мечтает посетить Рим, а еще о встрече с Богом и личном ранчо.

Эмми просыпается рано утром, встречает рассвет, кормит кота, допивает сок,
как всегда забывает о завтраке, надевает любимые джинсы, берет рюкзак,
проходит мимо книжной лавки, ей мило улыбается миссис Сток.
(Эмми напоминает ей дочь Катрин, погибшую в аварии год назад).

она проходит мимо цветочного магазина, кивает Джимми, замедлив шаг,
он говори, что у них умер пес, но он постоянно видит его призрак:
- да вот же Бим!
потом показывает пальцем в угол, сдерживая слезы. отец мальчика - Коул Кларк
говорит, что это глупости. Эмми гладит Джимми по волосам и шепчет, что тоже помнит его живым.

она проходит мимо дома мистера Лоуренса и спускается прямо в двор,
отдает ему газету, он приглашает Эмми в дом, веселым голосом крикнув:
- Бет!
на столе стоит чашка кофе для его жены. он повторяет:
- Бет... - но тут же, запинаясь, отводит взор,
а потом тихо произносит:
- все время забываю, что Аннабет нет рядом уже пять лет.

Эмми приходит в парк, садится на лавочку и ставит The Rolling Stones на repeat,
долго вглядывается в небо, ей думается, что оно похоже на выцвевший океан,
она даже слышит шум прибоя, Эмми становится легче и кажется, что ничего уже не болит
(это, конечно, ложь, но Эмми почти что верит в такой обман)

Эмми возвращается домой, проходит мимо мистера Лоуренса и обещает ему купить кофе для Аннабет,
обещает Джимми приглядывать за Бимом и одолжить кота Тома, Джимми спрашивает:
- можно? - и мистер Кларк отвечает:
- да.
Эмми обещает миссис Сток, что, встретив Катрин, передаст от нее привет
(ее слова прорастают в вечность и остаются там навсегда)

Эмми пытается разглядеть рождающиеся звезды, желает всем доброй ночи, чеканит шаг,
они провожают ее печальным взглядом, у Эмми рак на последней стадии и ей осталось совсем немного.
Эмми улыбается, сквозь кончики пальцев беззвучно сочится ее душа,
она гладит Тома:
- эй, парень, скоро сбудется моя мечта и я наконец-то увижу Бога.


@темы: Стихи

02:12 

Обрывыш

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Если что-то внутри болит,
Если некуда убежать,
Если тело лишилось сил,
Бьется в судорогах душа -

Посмотри на осколки звезд:
Млечный путь расстилает дым...
Мир без горестей, бед и слёз
Людям был бы совсем чужим.

@темы: Стихи, Наброски

04:44 

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Есть люди, которые сбились когда-то,
Забыли свой дом. Телефоны и даты.
Шагнули в окно за кармином заката,
Ушли в колдовские леса.

Их числят родные "пропавшим", "погибшим",
Их ищут по всем подворотням и крышам.
Но только не знают, не видят, не слышат
Обычные чудеса.

Судьба отсчитала таких единицы:
Которым не естся, не пьется, не спится,
Которым бы крылья, да зрение птицы!
И бесконечность дорог.

Они ненавидят бетонные стенки,
Сжимают руками худые коленки.
Мечтают о главном. Пьют кофе без пенки.
И каждый из них одинок.

А им повторяют: "работать!", "учиться!".
Решетки на окнах. Решетки-границы.
И выбор простой: умереть или спиться.
Что, в общем-то, суть - одно.

Бегут. Исчезают. Уходят навеки.
Взвиваются в высь, погружаются в реки,
Подальше от тюрьм. От любви и опеки.
От злобы и вечных "но".

И воют родные: "Куда ж, на кого же?!",
И молят: "Верни нам! Верни нам их, Боже!
Мы вылечим, вытащим! Мы им поможем!"
Глотают валокордин.

Вот только не видят, как солнце лучится,
Не слышат дождя и дыхания птицы,
Не верят, что можно вот так возродиться
Из опыта и седин.

Есть люди, которые сбились когда-то,
Забыли свой дом. Телефоны и даты.
Шагнули в окно за кармином заката,
Вьюнком или сон-травой.

Увидеть такого - к беде и удаче.
Ты счастье познаешь, но горько заплатишь.
Очнешься в тюрьме и всю душу проплачешь.
Поманит окно высотой...

@темы: Наброски, Стихи

12:01 

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Если не можешь писать о правильном - девочка, не пиши.
И не расходуй чернила зря, строчкам даруя крик.
Жизнь расстилает извивами тонкие линии-виражи,
Если забылся, ушел за край... Считай, ты уже погиб.

Если забыться, уйти за край - считай, нет пути назад.
И имя твое будет стерто из всех историй и добрых книг.
Если не можешь писать о правильном - мучайся, вспоминай,
Но никогда не ходи на свет, за детством и напрямик.

Пусть будет сказка о теплой квартире и яблочном пироге,
Доме, где муж и веселые гости. Где вечно царит уют.
А феи и звезды... Упрячь их подальше и не выпускай вовне:
Заметят любимые и родные - не сжалятся, заклюют.

Если не можешь писать о правильном... Боги, но как же смочь?
Древняя магия рвется наружу из глубины души.
Я впиваюсь ногтями в ладони, сжимая зубы из ночи в ночь.
Повторяю: - Девочка, не пиши. Прошу тебя, не пиши.

@темы: Стихи

02:56 

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Просвещенный раб говорит - ходи стороной от безлюдных мест
Нищих улиц, что струйками пота стекаются к яме Большого цирка
Но любовник твой, сидя на грязном полу, увлеченно считает медь
И ногтями предплечья скребет, в упоении совокупляя цифры

Просвещенный раб говорит - ни одна из дорог не приводит в Рим
В это время гиен, что без страха пируют на гладких ступенях храмов
Город пал, и уже на коленях стыдится великих своих руин
Так и ты, дожидаясь мужчины, опять подымаешься слишком рано

Просвещенный раб говорит, кашель рвет ему голос, скривляет рот
Рассуждает про время, которого вечно отмерено слишком мало
Ты стоишь в темноте, цепенея от страсти - избранник вот-вот придет
Что же встретит его - или нож, или просто монета для рук менялы?

(с) hero_in

@темы: Стихи

18:15 

Джезебел Морган

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
Есть правила для живых, чтоб не накликать беду: не рвать цветы сон-травы, не спиливать старый дуб, не звать чужаков во сне, скрывать свои имена. Но правило есть верней: о мёртвых не вспоминать.
***
Алира - огонь в ночи - сестру мою нарекли. И солнечные лучи, касаясь костей земли, сияли бледней в сто крат, чем пламя в её глазах. Была такова сестра - что мне про неё сказать? Как мне оправдать её, хотя бы перед собой? То жгучая, словно йод, то горькая, словно боль, то светлая, как печаль, бродила она в холмах, на хрупких её плечах клубочком свернулась тьма. Сестра моя - волчий сон - могла не бояться тьмы и в чаще глухих лесов, и в долгую ночь зимы: за нею вслед шёл огонь, укрыв её, как крылом, и каждый, кто нищ и гол, мог греться её теплом.

Да только кому нужны подобные чудеса? Ей прочили роль жены, свой домик и тихий сад и парочку дочерей, красой, непременно, в мать.
Вот только судьбы черней не сыщешь; не жизнь - тюрьма. Сестра моя - лунный свет - пыталась себя смирить, но те, кто с огнём в родстве, мятежно, как он, горит и ради своей любви не могут себя сломать - исчезнут, как ни зови, забудут отца и мать, уйдут в тишину, в холмы на той стороне реки, где камень росой омыт, их примут - любых, таких, какие по сути есть, их встретят - вином, венцом, и больше ни страх, ни лесть им не омрачит лицо.
Сестра моя - жар огня - покинула нас в Самайн и скрылась в густых тенях. Мы знали: ушла сама, не слушая песен Ши, не видя чужих огней. "Мертва" - честный люд решил и не вспоминал о ней: раз вспомнил - беду навлёк, забудь же о ней скорей!
Но солнечный свет поблёк и больше огонь не грел.
***
Есть правила для живых, но разве они верны? Я слышу звон тетивы, я вижу дурные сны в холодный и волчий час, когда торжествует тьма, из-за моего плеча тень смотрит, сводя с ума. Спасения не найти ни в песнях, ни в колдовстве, и не к кому мне идти, когда потухает свет, и когти, острее льда, касаются позвонков.
"Алира", - шепчу, тогда становится мне легко, как будто сестра моя - спасительный мой огонь, в безжалостных снах маяк, - протягивает ладонь, уводит меня из тьмы, хранит ото всех мой сон - от острых когтей зимы, от чудища из лесов.
Пусть все мне твердят "Забудь, мертва она, хладный труп!"
Я помню мою сестру, и ночью мне светел путь.

@темы: Стихи

17:51 

для hero_in, то, что никогда до неё не дойдет, так как мы даже не знакомы.

Hlarelyë corda cára lindalë nyérenen
У неё внутри золотые поля и дурманящий запах трав.
Первобытные боги мечтают хоть раз прикоснуться к её лицу.
Она движется гордо под солнцем, за плечи руками себя обняв,
Не желая ни духом, ни телом, ни сном привыкать к своему венцу.

У неё горечь в сердце, пламя в глазах и слово на языке.
Многоликие демоны падают ниц к её смуглым босым ногам.
Мир, расколотый надвое, мерно таится в рифмованной вечной реке -
Слепит глаза.

@темы: Стихи

.Безмолвие. выжженных. бабочек.

главная